Европа боится мигрантов, потому что они не готовы к адаптации

 
8 Августа 2016
523
Европа боится мигрантов, потому что они не готовы к адаптации
Наташа Далюгге-Момме

Президент Европейского отделения Международной федерации переводчиков Наташа Далюгге-Момме рассказала "Каспийским новостям" о том, как европейцы относятся к мигрантам из Ближнего Востока и как пытаются решать языковую проблему, сохраняя при этом языки Старого Света.

"Каспийские новости": Европа сегодня переживает большие изменения: политические, экономические, гуманитарные. Я думаю, это не может не влиять на переводческие тенденции. Как переводчики реагируют на эти изменения?

Наташа Далюгге-Момме: Переводчикам трудно реагировать, потому что западной и средней Европе не достает знания определенных языков, так как у нас в переводческих институтах совсем не преподавали те языки, в которых мы нуждаемся сегодня. Переводчики сами пытаются адаптироваться, учат арабский. Есть такая система присяжных переводчиков, и они всё больше и больше в гуманитарной сфере.

"Каспийские новости": Т.е. сейчас востребован арабский язык, потому что в Европе много арабских мигрантов?

Наташа Далюгге-Момме: Да, различные варианты арабского языка, из Сирии, Ирака: пушту1, дари2, амхарский3, тигринья4 ... Такие языки преподавали на филологическом факультете, но не подготавливали достаточное количество переводчиков. Сейчас стали давать сертификат переводчика тем носителям языка, кто уже давно живет в Германии или Западной Европе, чтоб они сами могли переводить. Но они не профессионалы, не владеют всеми техниками и т.д. Несколько лет тому назад у нас создали университеты, где преподают эти языки, есть выпускники, но их пока очень мало. А миграция ещё не закончилась...

"Каспийские новости": То есть, если создаются специальные университеты, значит, Европа готова к тому, что это и не закончится скоро, и готова с этими людьми разговаривать?

Наташа Далюгге-Момме: Сейчас Европа поняла, что это всё закончится не завтра. Мы все надеялись, что эта война кончится, но очевидно, что это нескоро случится. Так что мы активно готовимся к тому, что еще больше людей приедет, и что надо будет решать эту языковую проблему, главным образом. Потом, впоследствии, надеемся их интегрировать, надо преподавать немецкий, английский, французский языки.

"Каспийские новости": Чтоб они ассимилировались в языковой системе тоже?

Наташа Далюгге-Момме: Да, точно.

"Каспийские новости": А среди мигрантов много людей, которые знают английский, немецкий, французский?

Наташа Далюгге-Момме: Не так много, потому что если это инженеры, врачи, они, конечно, владеют английским языком. Но, в частности, мигранты из Афганистана, из Африки - они другой слой населения. Там совсем другие языки, эти мигранты чаще всего и на своём языке не умеют писать и читать. Так что преподавать для них ещё труднее.

"Каспийские новости": Скажите, а насколько у жителей Европы, есть желание эти языки изучать? Одно дело, что власти и интеллигенция понимают, что это необходимо, а с другой стороны, есть ли среди студентов желающие изучать языки? Не получится ли так, что аудитории этого университета будут пустыми?

Наташа Далюгге-Момме: Я не думаю, что аудитории будут пустыми, конечно, не так много будет желающих, потому что многие языки, например амхарский, это исторические языки. Я думаю, что их будут изучать студенты из тех стран, где на них говорят.

"Каспийские новости": То есть вы рассчитываете на тех, кто приехал?

Наташа Далюгге-Момме: Точно, надежда на них.

"Каспийские новости": Как сегодня люди относятся к тем, кто приезжает?

Наташа Далюгге-Момме: Очень по-разному. У нас, конечно, огромный пробел с расизмом, люди боятся, когда приезжают такие массы чужого народа. Я всегда привожу пример города Гамбург. Он имеет миллион двести тысяч жителей, а приехало к ним шестьдесят тысяч мигрантов, это 3% населения. Конечно, Гамбург очень открытый город, потому что это портовый город...

"Каспийские новости": И приехали не просто мигранты, это же люди другой веры!..

Наташа Далюгге-Момме: Да, у нас ещё не запрещается никаб, паранджа и т.д. Во Франции, например, если кто-нибудь на улице носит такую одежду, то их штрафуют. Совсем по-другому приезжие обращаются с женщинами. Они думают, что если женщина носит короткую юбку, то это значит, что она просто призывает их! Они не могут понять, что это дело моды, и больше ничего не значит.

"Каспийские новости": Разные устои и разные традиции...

Наташа Далюгге-Момме: Это воспитание, культура. Это всё надо объяснить.

"Каспийские новости": Для этого нужно знание языка.

Наташа Далюгге-Момме: Мы всегда возвращаемся к этому. У нас огромные социальные проблемы, люди боятся чужого – это нормально. С обеих сторон надо объяснять, всем надо в определенной мере адаптироваться. Мигранты не могут, скажем, у нас, в России или где-нибудь ещё жить так, как они жили в Афганистане, Ираке, Сирии – это невозможно.

"Каспийские новости": А вы видите у мигрантов желание адаптироваться?

Наташа Далюгге-Момме: Не всегда. Некоторые приезжают с такими представлениями, что в Германии или Франции им дадут социальное обеспечение, и им не придётся работать. Конечно, у нас прожиточный минимум им платят.

"Каспийские новости": И сколько это?

Наташа Далюгге-Момме: Им помогают, это 600 евро в месяц. Но жизнь у нас гораздо дороже. Потом им помогают во всем, что касается питания, квартиры и так далее.

"Каспийские новости": И государство, наверное, рассчитывает, что этот человек, если он хочет здесь жить, должен работать?

Наташа Далюгге-Момме: Конечно. Но не всех оставляют, в конце концов, эти 60000 из Гамбурга распределяют по другим городам. Некоторым не дают статус беженцев, их возвращают обратно. Это оплачивается государством, но все остальные должны как-нибудь работать. И это не совсем просто, учитывая то, что у них нет образования, какую работу им дать? Мы со многими разговаривали, которые думали, что приедут, машину им дадут, квартиру им дадут, работу, или вообще работать не придётся. Но так нельзя - мы же все работаем!

"Каспийские новости": Всё-таки сегодня изменения в экономических трендах влечёт за собой и изменения, скажем так, в направлениях экономического сотрудничества. Сегодня открыты Иран, Китай. Эти страны выходят достаточно активно на мировой экономический рынок. Наблюдаете ли вы среди европейцев желание изучать эти языки?

Наташа Далюгге-Момме: В Европе давно уже все поняли, что Китай это рынок, и т.к. Германия, Франция, в частности, являются странами, которые торгуют, которые пытаются продавать свои машины или что-то в этом роде, они поняли, что этот рынок и что этот язык надо осваивать. И я лично знаю многих друзей моих детей, которые изучают китайский, фарси не только для перевода, а чтобы стать менеджерами.

"Каспийские новости": Европейский консерватизм начал понемногу меняться? На мой взгляд, долгое время бытовало такое мнение, что английский - это язык мирового общения. Поэтому, по большому счёту, европейцам не надо ничего учить нового, пусть учат английский те, кто приезжает в Европу. Сегодня ситуация меняется?

Наташа Далюгге-Момме: Ситуация меняется, тем более, как раз сейчас из-за этих событий в Англии, уже думают, что наверное, вообще английский отойдёт, он, наверное, не будет языком, который нужен всем. Важнее будет немецкий, французский и т.д.. Я думаю, такие изменения будут.

"Каспийские новости": А в школах пока не изменился подход к изучению иностранных языков?

Наташа Далюгге-Момме: Он меняется. Раньше преподавали, например, греческий, латынь, конечно тоже.

"Каспийские новости": Латынь в школах?

Наташа Далюгге-Момме: Да! Конечно, и романские языки тоже. Это не экзотика. Старый греческий, латынь – это, конечно, мертвые языки, но тем не менее! Сейчас больше преподают испанский, менее – французский, о чём французы, конечно жалеют. Потому что они пытаются продвинуть свой язык. Преподают китайский в школах, есть китайская, японская гимназии в Гамбурге.

"Каспийские новости": В России и в странах, которые раньше входили в состав Советского Союза, наблюдается проблема, связанная с сохранением языков. Некоторые языки начали теряться, и сейчас власти озабочены тем, чтобы сохранить язык той или иной нации. Вот, например, в Калмыкии, эта проблема очень насущна, т.е. носителей настоящего литературного калмыцкого языка мало. В Иране это вообще практически два разных языка: литературный фарси и бытовой фарси. Не считаете ли вы, что в Европе тоже возникнет такая проблема, поскольку миграция и все эти процессы ассимилируют языки друг в друга?

Наташа Далюгге-Момме: В западной и средней Европе тоже теряются языки, конечно. Но эта проблема всегда существовала. Во Франции даже создали закон, чтобы сохранить чистый французский язык. Например, если кто-нибудь, скажем, по телевидению, употребляет какой-нибудь английский термин, аналог или синоним которого существует на французском, его могут даже оштрафовать.

"Каспийские новости": Как это правильно! У нас в русском языке столько английских терминов!..

Наташа Далюгге-Момме: Многие об этом мечтают. (Смеётся). У немцев, конечно, совсем другое сознание. Они не так гордятся своим языком, как французы - французским. Я так говорю, потому что выросла во Франции, и всю школьную пору провела там. Это совсем другой подход к языку.

"Каспийские новости": Как вы оцениваете уровень переводческих школ в России?

Наташа Далюгге-Момме: Сожалею, что на Западе не знают, что есть такое высокое, хорошее образование. Раньше, в советские времена, этих переводческих школ и институтов не было на таком уровне или подготавливали специалистов там для совсем других целей. Что касается, в частности, Каспийской высшей школы перевода, то здесь преподают языки, в которых мы в Европе нуждаемся. Это очень интересное для нас сотрудничество. После того, как не стало Советского Союза, нам нужен был, например, казахский, туркменский, никто их не знал на Западе. Я думаю, что это очень интересно, и надо, чтобы Запад узнал, что есть в России такие хорошие школы.

"Каспийские новости": Откройте глаза Западу!

Наташа Далюгге-Момме: Сделаю обязательно! (Смеётся).


1 Один из восточно-иранских языков, является официальным языком Афганистана

2 Персидский язык

3 Государственный язык Эфиопии

4 также тиграи — тигринья — этническая группа в северной Эфиопии (провинция Тиграи) и южной, центральной и северной Эритрее.



Наталия Филатова, Дмитрий Казинский, Николай Телюфанов, Яна Моргун