«Раньше запрещали Высоцкого, а сегодня - меня...»

 
27 Ноября 2017
862
Фото: romandanilin.ru

Кумир многих поколений, российский артист с внешностью Майкла Джексона, он даже соответствующий приз получил на одном из эстрадных конкурсов, Игорь Наджиев всегда поражал искренностью своих песен, в которых правдиво всё: и музыка, и стихи, а не просто слова. В Астрахани, на своей родине, артист бывает нечасто, и, как правило, несколько его свободных дней совсем не свободны, а заполнены до отказа. Но в этот раз удалось повидаться с ним, когда он приехал на встречу с воспитанницами центра реабилитации для девочек «Улитка».

Каспийские новости: Почему вы откликнулись на предложение навестить этих девочек, нашли время в своем графике, ведь они в силу возраста вряд ли знакомы с вашим творчеством?

Игорь Наджиев: Очень понравилась идея социального проекта «Общение со звездой». Она заключается в том, чтобы неустроенные, не слишком благополучные дети поверили в себя, встретившись с человеком, добившимся успеха. И я не мог отказать в такой просьбе. Мне было совершенно неважно, знают ли они мои песни. Хотя потом, в ходе разговора, выяснилось, что какие-то, правда, слышали. Но разговор шёл не только о творчестве, а о человеческих ценностях, о том, что волнует каждого. Мне показалось, что мои слова их тронули. Я не кривил душой, когда говорил им, что они родились на белый свет не случайно и не напрасно. Мы приходим в этот мир, каждый, чтобы выполнить свою, какую-то определённую миссию на земле. И эти девочки с нелёгкой судьбой, с теми переживаниями, которые уже выпали им на долю, должны жить с полной уверенностью в том, что их жизнь – это очень большая ценность, и что они обязательно кого-то сделают счастливыми и сами будут счастливы. Те, кто придумал этот проект, абсолютно правы: маленькому человеку нужна поддержка, пока он растёт и решает, стоя на перепутье в своей жизни, в какую сторону ему пойти дальше.


Каспийские новости: К вам очень хорошо относятся в Астрахани, гордятся вами, но о вашей семье, о том, с чего началось ваше увлечение эстрадой, многие не знают. Может, познакомимся заново?

Игорь Наджиев: У нас была самая обычная советская семья: папа – инженер, мама - кочегар на хлебозаводе, брат и я. Жили довольно бедно и стеснённо. Но мама, обладая замечательным голосом, передала мне всю свою любовь к музыке. Мне было четыре года, когда в нашей тесной «однушке» появилось пианино. И я воспринял это как необходимость. Учился в музыкальной и художественной школах, параллельно занимался в театральном кружке при Дворце пионеров. Поскольку не было мобильных телефонов, не было и тотального контроля со стороны родителей. Они мне доверяли, я их не подводил. Причем паинькой я не был. Думаю, мне самому нравилось то, чем я занимался, но именно мамочка угадала во мне все мои будущие творческие данные и последующие сценические перспективы. Она всегда поддерживала меня. А когда пришёл успех, признание, первые победы на конкурсах и первые награды, я больше всего на свете был счастлив от того, что всё это было огромной радостью для моих родителей. Увы, они очень рано ушли из жизни, практически, друг за другом. Слава Богу, что увидели, кем стал их сын.

Каспийские новости: Вы пробивались на сцену сами? И когда, по-вашему, это было труднее – тогда или сейчас?

Игорь Наджиев: Пробиваться всегда трудно. Ну, представьте провинциального парня, пусть даже с каким-то самодеятельным вокальным навыком. С 14 лет я солировал в вокально-инструментальном ансамбле Астраханского трикотажного комбината, был местной эстрадной звездой, а в 1986 году от Астраханской филармонии принял участие в первом в своей жизни профессиональном конкурсе на лучшее исполнение советской эстрадной песни в Сочи. И сразу первая награда – Почётный диплом членов жюри конкурса как самому молодому автору-исполнителю. А в жюри были Марк Фрадкин, Гелена Великанова, Евгений Птичкин, Вениамин Баснер, Юрий Саульский, Олег Лундстрем, Павел Аедоницкий, Мурад Кажлаев, Андрей Дементьев, Иосиф Кобзон! Когда переехал в Москву, конечно же, был страх и были опасения, а что будет дальше, как примет столица? Я очень люблю фильм «Москва слезам не верит» - он честно рассказывает о том, как трудно стать в столице своим. Не имеет значения, на заводе ты работаешь или на эстраде. Единственное условие для того, чтобы хоть как-то прижиться: надо пахать. Доказывать, что ты чего-то стоишь. По-моему, и сегодня Москва выставляет такие же условия.

Я пахал! Я учился, приглядывался и прислушивался ко всему, что могло помочь мне в воплощении своей мечты, и пахал, пахал, пахал. Мне кажется, именно мою пахоту в первую очередь оценили те люди, которые стали моими наставниками и в жизни, и в творчестве – поэт Леонид Дербенёв и композитор Максим Дунаевский. Леонида Петровича, к сожалению, уже нет, но я всегда буду помнить все его советы, его поддержку и его удивительные по смыслу и красоте стихи. Продолжаю дружить с его семьей. Для меня Дербенёвы – это очень близкие и дорогие мне люди.

А что касается творчества, то плодом нашего творческого союза стали песни к четырём художественным фильмам. «Мушкетёры двадцать лет спустя» и «Тайна королевы Анны» получили огромное признание у зрителей. Соответственно, и песни из этих фильмов до сих пор любимы многими.

Каспийские новости: Вы ведь работали и в США, по-моему, в первом русском шоу мирового уровня в Лас-Вегасе – Nebulae. У шоу был колоссальный успех. Не возникало мысли остаться за границей?

Игорь Наджиев: Совершенно честно отвечаю: не возникало. Я очень скучал по России, по русской речи, по-своему родному зрителю и слушателю. Знаете, мне даже внешне люди там не нравились. Однажды в Атлантик-Сити на набережной я встретил красивых девушек, может быть, впервые за всё то время, которое там находился. Они оказались русскими. Мне кажется, когда я работал в США, мне постоянно были какие-то знаки, что заграница – это не моё, что я навсегда привязан к российской сцене, к своей Родине.

Каспийские новости: Хочу и боюсь задать вам один вопрос…

Игорь Наджиев: Почему я не мелькаю на телеэкране? Есть определённые артисты, которые имеют право выступать на теле- и радиоканалах, а есть артисты, которые включены по разным, порою абсолютно необоснованным причинам в чёрные списки. Увы, это было всегда, и наше время, к сожалению, не исключение. Нас, тех, кто не имеет права вообще появляться на каких-то медийных мероприятиях и в сборных концертах, довольно много. Реалии сегодняшнего дня. Нас называют «неформат». Всегда кого-то запрещали. Сегодня – меня. Раньше – Петра Лещенко, Александра Вертинского, Вадима Козина, Изабеллу Юрьеву, Русланову, Утёсова, Высоцкого, Цоя, Игоря Талькова. Не самое плохое соседство для меня, согласитесь. И намного почетнее бездумного мелькания в «голубых огоньках». Можно до тошноты заполнить собой медиапространство, это создаёт мнимую популярность, но не долго. Ценности творчеству и собственной значимости в музыкальной культуре это не прибавляет. Рано или поздно Господь Бог, время и зритель всё расставляют на свои места.

Каспийские новости: Но как с этим жить? Артисту, тем более такому, как вы, нужны зрители, признание. Я-то помню ваш оглушительный успех.

Игорь Наджиев: Как с этим жить? Воспринимать это по-другому. К примеру, любое шоу, и не только на телеканале, – это колоссальные деньги. Колоссальные! Чтобы вложения окупились, нужны долгие годы. У меня таких денег нет, как и нет желания проплачивать антураж. Я лучше детским домам помогу. А зрители, Слава Богу, очень искренние, очень благодарные, у меня есть не только в нашей стране, но и за рубежом. На недавних гастролях в Казахстане концертные залы вставали, когда в финале я пел о России. Задумайтесь, в Казахстане – о России! Грех жаловаться, концерты расписаны на год вперёд. И вот сейчас пришло понимание, что, может быть, дело и не в моём голосе или внешности, имидже, вернее, не только в них, а в том, что людям важно, о чём я пою. Наслушались уже вдоволь одноразовых песен...

Каспийские новости: У вас много песен о России и одна из них называется «Боже, храни Россию!» Это же не случайное название? Вы верующий человек?

Игорь Наджиев: Да, конечно. Хотя крестили меня под большим секретом ещё в советское время, когда я был малышом. Старшее поколение знает, что тогда подобное таинство было чуть ли не криминалом. Помощь свыше я ощущаю постоянно. Когда у меня ушли один за другим брат, отец и мама, мне было невыносимо тяжело. Совсем молодым я остался один. Но Бог даёт испытания по силам. Выдержал. Наверное, так Господь подготовил меня к последующим трудностям. Правда, я давно уже не один, рядом со мной моя жена Алла, она – моя жизнь, мой ангел-хранитель, моя муза, мой концертный директор и безграничная поддержка во всём.

Каспийские новости: Вы не часто приезжаете в Астрахань. Но хотя бы замечаете, как меняется город?

Игорь Наджиев: Да, замечаю. Только, знаете, мне это не так важно. Я воспринимаю Астрахань как отчий дом, в котором всегда хорошо. Слава Богу за всё! Мне и сны-то астраханские снятся едва ли не одни и те же: моя родная улица имени 50-летия ВЛКСМ, давно уже ставшая Боевой, хлебозавод имени Лемисова, на котором работала мама, и любимые лица родных…


Марина Паренская