Джафар Панахи: пристальный взгляд на иранскую женщину

16 Ноября 2016
492
Джафар Панахи: пристальный взгляд на  иранскую женщину
Джафар Панахи. Фото: unaff.org

Джафар Панахи в глазах многих зрителей, а порой и критиков спекулянт, мошенник и преступник. Между тем Панахи – один из самых титулованных иранцев в индустрии кино, в его копилке немало наград самых престижных фестивалей мира, включая главные призы Берлинского и Венецианского кинофестивалей, а также «Золотая камера» Каннского. Кроме того, он самый медийный персонаж: за ним – скандал с лишением свободы и 20-летним запретом на съемки, работа вопреки разрешению правительства, многочисленные пикеты в его защиту по всему миру. Одним словом, у Панахи долгая общественно-политическая история, со своими взлетами и падениями.

Сегодня мы поговорим об одной из главных тем его творчества, ставшей его золотым пропуском к вершине славы - проблеме прав и свобод женщин в исламской республике Иран, попробуем понять, почему мнения о его персоне варьируются между «гением» и «спекулянтом», и разобраться, есть ли в его работах на самом деле место искусству.

Первый выстрел

02 Фото: kino.de

Начав карьеру в традиционном для Ирана жанре мокьюментари, прилежно соблюдая принятые традиции итальянского неореализма, Джафар Панахи неожиданно делает ход конем и снимает ленту «Круг» – жестокую и бескомпромиссную, разрушающую успевшее сложиться представление об особом гуманизме, царящем в иранском обществе. Самая знаменитая работа Панахи рассказывает историю девушек и женщин, пытающихся выжить на улицах Тегерана. Истории восьми женщин, перетекая из одной в другую, разворачиваются перед зрителем. Фильм начинается во тьме: все, что доступно для восприятия, - это крики женщины, что рожает ребенка. После мы узнаем, что она родила девочку, и эта новость повергнет в шок ее мать: женщина боится развода дочери, и не знает, как сообщить новость семье ее мужа. Высокая нота для начала, сразу точно и емко определяющая истинное положение женщины в стране. Далее мы увидим множество печальных историй, например, о двух девушках, что сбегают из тюрьмы. Первая мечтает уехать в свой родной город, но сталкивается с невозможностью путешествия женщины без мужского сопровождения, вторая же силится найти способ нелегально сделать аборт, да и еще на позднем сроке. Обращаясь за помощью к подруге-медработнику, она получает отказ – страх перед раскрытием тюремного прошлого пересиливает желание помочь близкой подруге в трудную минуту. Тут же мы встречаем мать, что оставляет свою дочь на улице, в надежде, что новая семья, способная лучше позаботиться о девочке, сможет забрать ее к себе. Муки сомнений, страдания и горести, что она испытывает, зритель чувствует так остро, словно это происходит наяву. Последней нашей встречей будет героиня, работающая проституткой, которую ловит полиция. Сопроводив ее за решетку, зритель увидит внутри всех тех, с кем уже успеет познакомиться. Двери захлопнутся, камеру поглотит мрак - «круг» замкнется.

Панахи обращается со своими героинями осторожно и бережно, каждой из них отводится отдельный формат, стиль и темп съемки – тонкий намек для внимательного зрителя.

03 Фото: assets.mubi.com

В прокате Ирана лента была запрещена, и на венецианский фестиваль, где она получила главного «Золотого льва» и еще четыре награды, отправилась также не совсем легально, режиссер не дождался разрешения от министерства культуры и исламской ориентации. Запрет проката прошел под формулировками «за абсолютно мрачный и унизительный взгляд на вещи» и «оскорбление иранских женщин».

С того самого момента на свет появляется Панахи – ярый противник цензуры, первооткрыватель социального кино традиций Кена Лоуча (победитель последнего Каннского фестиваля – М. А.) в своей стране. В отличие от Лоуча, Джафар Панахи не старается быть назидательным, не навязывает своего видения истории и выступает в картине как ее глаза, но не голос. Рупором же становится голос зрителя, на суд которого и предают эти душераздирающие истории. Мы не видим и не знаем ни прошлого, ни будущего девушек, и судить о героинях можем лишь «здесь и сейчас». Какой мы видим женщину? Бесправной, зажатой границами и запретами, беспомощной, одинокой. Убегая из одной тюрьмы, она попадает в другую, и, совершая «круг», понимает, что бежать ей некуда.

04 Фото: sinematurk.com

Историческая справка

К концу правления династии Пехлеви (1925-1979) женщины обладали обширными правами, не имеющими аналогов в истории Ирана, поэтому во время исламской революции они играли очень важную роль, принимая участие в составе многочисленных женских организаций в общественных протестах и уличных демонстрациях. Однако с приходом новой власти в Иране в лице Аятоллы Хомейни, который избрал консервативный ислам и нормы шариата новой идеологией страны, большинство прав, предоставленных женщинам последними шахами, были отменены или объявлены вне закона, что сохранилось и по сегодняшний день

Кино и футбол

05 Фото: filmpro.ru

Еще в одном своем фильме-манифесте Джафар Панахи затрагивает проблему закона о запрете посещения иранским женщинам футбольных матчей. Лента «Офсайд», история с легким комедийным флером о девушках, переодетых в мальчишек в попытке прорваться на важнейший футбольный матч между Ираном и Бахрейном за выход на Чемпионат мира 2006 года в Германии. У фильма есть своя предыстория. Как-то раз дочь режиссера попросила взять ее на футбол. Отец сказал: нельзя, но дочь настаивала. Панахи решил взять с собой жену, думая, что та заберет дочку домой, когда ту не пропустят. После того как ее задержали на входе, она сказала родителям: «Не беспокойтесь, идите, вот увидите: через десять минут мы встретимся». Так и произошло, а после снимок со стадиона напечатали все иранские газеты с заголовком «Джафар Панахи привел на стадион жену и дочь».

06 Фото: altyazi.org

По сюжету всех девушек, разными способами пытавшихся проскочить на матч, задерживают, собирая в своеобразном закутке позади стадиона. Их охраняют солдаты на принудительной службе, раздраженные тем, что приходится охранять этих несносных нарушительниц. По ходу истории зритель чувствует, что солдаты постепенно проникаются симпатией к бунтаркам, горячо любящим футбол, не боящимся отстаивать свое право лицезреть столь важное для них и для страны событие. Солдаты комментируют для них происходящее, а после в автобусе, по дороге в исправительное учреждение, настраивают сломанный радиоприемник. В конце Иран одерживает победу, и зритель наблюдает за всеобщей эйфорией народа, которой проникаются и задержанные девушки, и их надзиратели-солдаты – перед лицом национального празднества режиссер дает нам светлую надежду, что в такие радостные, счастливые моменты они все равны.

Съемки проходили в режиме реального времени, и это, быть может, делает фильм по-настоящему живым. Картину по праву можно считать феминистской, ведь здесь женщина совсем другая – смелая и волевая, готовая постоять за себя и свои права. Как и в предыдущей картине, Панахи избегает громких высказываний: придерживаясь стиля «правдивой камеры», он изображает лишь мгновения жизни и делится ими со своим зрителем.

Историческая справка

По сей день иранские активисты пытаются оспорить этот закон, добиваясь разрешения присутствия на матчах хотя бы членов семьи спортсменов, но пока безуспешно.

О спекуляции и об искусстве

И все же, почему спекулянт? Бытует мнение, что Панахи выпускает «заточенные на фестивали» работы, умышленно затрагивая темы, способные манипулировать эмоциями зрителей. За примером далеко ходить не нужно, стоит обратиться к его дебютной работе. В статье об истории иранского кино уже упоминалось, что Панахи начинал свою кинокарьеру как ассистент Аббаса Киаростами, о творчестве которого Каспийские новости также рассказывали. Дебют напоминает первую ленту метра – роуд-муви о ребенке, который что-то ищет, встречает разных людей, попадая в передряги во время поиска. Разница – в «сладкой посыпке», которой припорошен сюжет Панахи: через несколько часов Новый год, а главная героиня - маленькая девочка ищет потерянные деньги, что дала ей мама на покупку золотой рыбки, о которой она так мечтала. Посему заподозрить режиссера в своего рода махинациях не составит труда. Другой вопрос, какой в этом действии смысл. Одна из основных целей искусства – вызывать эмоциональный отклик, а пути его достижения всегда остаются на усмотрение творца. Отсюда столь полярные мнения о работах режиссера – кто-то видит в способности Панахи создавать мощнейшие инструменты влияния на сознание его несомненный талант, а кто-то усматривает в этом алчность к победам и славе.

Вместо заключения

07 Фото: media-dealer.de

Две ленты, две главные истории о женщинах, рассказанные зрителю Панахи, две сенсации, заставившие мир думать и говорить об этом. Но какая же она, женщина, увиденная глазами Панахи? Кроткая или смелая, отчаянная или покорная судьбе? Мне думается, Панахи видит их страстными и жертвенными. По крайней мере, такими он их изображает, ну а то, во имя чего они кладут свою жизнь, - уже совсем другая история, на мой взгляд, очень личная.

Маргарита Агаджанян