Великолепная семерка Туркменистана

30 Ноября 2016
1303
Великолепная семерка Туркменистана
Фото: gundogar-news.com

Недавно, на просторах всемирной Сети я встретила упоминание некоей туркменской «Великолепной семерки», и в голове сразу возникло множество представлений, от супергеройского комикса до танцевального ансамбля. Однако правда оказалась намного увлекательнее догадок.

«Великолепной семеркой» оказалось объединение художников Туркменистана, выставлявшихся в далеком 1971 году в тогда еще советской Москве.

Мне сразу захотелось узнать об этом побольше: туркменская культура, я уверена, практически у всех ассоциируется с пестрыми орнаментами ковров в разных оттенках красного, этническими мотивами страны Средней Азии. Живопись представлялась мне в тех же красках, а название «Великолепная семерка» все еще отдавалось как нечто героическое.

Самый молодой вид искусства

Туркменская живопись – едва ли не самая молодая из ныне существующих. Фактически отправной точкой можно считать 1920 год, когда Илья Мазель, случайно попавший в Ашхабад во время Первой мировой войны художник, вместе с однополчанином Александром Владычуком, художником-самоучкой, стали основателями «Ударной школы искусств Востока». Хоть школа и просуществовала всего несколько лет, высокий старт для развития изобразительного искусства был задан: утонченное восприятие культуры Мазеля помогло создать уникальный микс уже сложившихся благодаря ковроткачеству традиций орнаментов с изобразительным искусством. Медленно, но верно – в последующие годы в Ашхабаде двери откроет Туркменское художественное училище, появится Союз художников Туркменистана, молодые туркменские художники отправятся учиться в Москву и Ленинград. Одним из таких посланцев стал Иззат Клычев, первый серьезный живописец Туркменистана, и, по совместительству, главный вдохновитель будущих участников «Семерки».

Судьба и творчество

02 Ветеран колхоза. 1971. Иззат Клычев Фото: turkmen.ru

Иззат Клычев был открытием, звездой своего поколения, уникумом туркменской живописи. Трудно поверить, что столь яркие, насыщенные, дышащие цветом полотна принадлежат человеку с тяжелой судьбой. В 10 лет Иззат остался полным сиротой, потеряв родителей во время депортации в северный Казахстан. Его воспитанием занимался старший брат, который и отдал Клычева в художественное училище. Клычев не просто видел войну - в 1942 он добровольцем отправился на фронт и дошел до самого Берлина. Вернувшись, он не забыл о призвании своей души и поступил в Ленинградский институт живописи. Уже выпускная работа, картина «В пустыне Каракум» снискала успех, и Иззат Клычев вписал свое имя в историю как один из лучших художников своего времени.

03 Афганистан. 1988. Иззат Клычев Фото: turkmen.ru

Его картины невозможно забыть – своей яркостью и самобытностью они покупают сердце. В центре внимания Клычева зачастую был обычный человек, спокойный и статичный, что позволяло создавать нерушимый баланс между цветовым решением и графическим содержанием картины. Серия «Моя Туркмения» авторства Клычева стала поворотным событием в судьбах будущей «Семерки».

Великолепная семерка

04 Завтра праздник.1972. Иззат Клычев Фото: ermanok.net

«Семерка», а именно: Шамухаммед Акмухаммедов, Чары Амангельдыев, Станислав Бабиков, Дурды Байрамов, Кульназар Бекмурадов, Мамед Мамедов, Джума Джумадурды – явление практически магическое. Информации об этих авторах-феноменах ничтожно мало, практически всюду разбросаны лишь отголоски эмоционального всплеска, порожденного этим явлением. Уникальность «Семерки» неоспорима, ведь ни до, ни после подобного успеха туркменские живописцы не получали. Поговаривали, что именно того особого эффекта насыщенности звучания можно было добиться, выставляя художников исключительно совместно. Очарование их творчества заключалось в особой квинтэссенции «заказной» тематики и символизма, сухости сюжета и особой атмосферы романтизма. Выставка «На земле Туркмении» сегодня – практически миф, на который все же хочется взглянуть хоть одним глазком. Кто же они такие, посланники высокого искусства? Таланты, певцы своей родины, но одновременно обычные люди, со своими судьбами, радостями и горестями.

Имя в искусстве

05 Станислав Бабиков. Красноводский железнодорожный вокзал. Фото: turkmenistan.gov.tm

Станислав Бабиков – колорист, мастер, «продавший душу живописи». Трудная судьба. Он отличался от остальных живописцев-товарищей, избрав свой личный путь против продолжения стилистических направлений Клычева в сторону более живых и объемных образов-символов. Его путь против традиций, но во имя открытий принес Бабикову обвинения в предательстве и формализме, из-за чего, к сожалению, его творчество осталось достоянием очень узкого круга.

«Что же такое не лгать в искусстве? Вопрос этот был для нас сложным…становилось понятным, что заученное мастерство — фальшь, что жизнь многогранна и изменчива, и так трудно находить каждый раз тот цвет, то сплетение линий, ту поверхность красочного слоя, то расположение на холсте, от которых все становится неповторимым, именно этому человеку присущим, именно этому душевному состоянию соответствующим, передающим мягкость, бархатистость характера или холодную заносчивость, или мудрость, и именно такую мудрость», - размышлял художник.

06 Чары Амангельдыев. Фото: turkmenistan.gov.tm

Чары Амангельдыев, напротив, стал ярким последователем традиций Клычева, развиваясь в ярких тональностях экспрессии как «взволнованный» живописец. Он был и остается сильным человеком, который не ищет легких путей: пройдя тяжелое детство в детском доме, однажды увлекшись живописью, он не оставлял ее никогда. Прилежно обучаясь, он добился успеха трудом и упорством – сначала в составе «Семерки», а затем и в свободном плавании. Чары-ага по-прежнему создает полотна, экспериментируя с жанрами, тематиками.

07 Дурды Байрамов. В прошлом. Фото: radikal.ru

Дурды Байрамов в «Семерке» считался счастливчиком – его учителями были Иззат Клычев и Геннадий Брусенцов, выдающиеся мастера своего времени. Среди товарищей, ревностно охраняющих свою непохожесть друг на друга, он был самым молодым живописцем. Главный совет, простой и банальный, но одновременно такой важный, он получил именно от них: «…Лучше не повторишь. Свое ищи».

08 Дурды Байрамов. Автопортрет. Фото: infoabad.com

Байрамов нашел себя в портрете, изображая своих героев под стать Рембрандту, которого он упоминает как одного из источников своего вдохновения, игрой света и тени достигая пугающе живой энергетики полотна.

09 К. Бекмурадов. «Пробуждение безмолвных». Фото: vk.me

О Кульназаре Бекмурадове известно не так много: живописец и график, немногословный как в жизни, так и в творчестве. Одно из известнейших его полотен, «Пробуждение безмолвных», о раскрепощении женщин, смене жизненной роли – неслучайно на картине художник изображает их в красных одеждах цвета сердца, жизни.

10 Мамед Мамедов. На защиту Родины. 1970. Фото: gundogar-news.com

Мамед Мамедов обладал бесспорным дерзким талантом и был таким же бесспорным обладателем скверного характера. То, как он писал картины, сначала фрагментарно, затем более ярко и свободно, а после уверенно, широко, но с изысканной сдержанностью, выступает призмой становления художника как личности. Мамедов был соткан из противоречий, и главным стало противостояние искусства для души и искусства материального, так и не разрешившееся при жизни, а ушедшее вместе с ним.

Шамухаммед Акмухаммедов был настоящим универсальным человеком: художником, актером, писателем, сценаристом и певцом. Сирота, как и все остальные, он обладал особой закалкой – никогда не спешил и всегда все успевал. Как живописец был таким же разноплановым, как и во всем: экспериментируя со стилями, при этом никогда не теряя себя и свою индивидуальность писания, он занял свое место среди семерых лучших по праву.

11 Джума Джумадурды. Фото: turkmenistan.gov.tm

А вот Джума Джумадурды, эпатажный и самобытный, художником не был и к «Семерке» присоединился последним. Джума – скульптор, единственный из всех, кто получил только местное образование. Главной задачей своего искусства он видел единение Запада и Востока, преемственности и новаторства, что и единило его с остальными участниками «Великолепной семерки».

Вместо заключения

Феномен есть аномалия, нечто, что происходит не так, как ты того ждешь. В случае «Семерки» аномалия вышла с двойным дном: никто не ждал такой оригинальности и профессионализма от туркменских живописцев, а после произведенного фурора вряд ли предсказывал столь быстрое угасание – после 1971 года новых совместных выставок у живописцев не было, какого-либо общего направления работы – тоже. Причина первой аномалии предельно ясна, но что со второй? Для меня «Семерка» так и осталась мифом, важным и нужным, некоей загадкой, ставшей ключом к сердцу публики, но все же мифом. Случайно собравшись вместе, в стремлении показать себя, таких разных, объединенных этой общей целью – заявить о себе, они не смогли стать чем-то целым. Другое дело, что и не должны были. Искусство, знаете ли, - ремесло для одиноких.

Маргарита Агаджанян